- Готово. Можно оперировать. Давай скорее, в семь я должен быть у друга.

IX

Служанка открыла дверь Пьеру и Майору, Фидель встретил их в прихожей.

- А где же Лоран? Вы не вместе? - спросил он.

- Он придет прямо из больницы, - ответил Пьер. - Познакомься, это Майор.

- Очень приятно, - сказал Фидель. - Вы не заставили себя ждать. Я сказал Лорану - в семь часов, а сейчас только четверть седьмого. Мы успеем поболтать.

- Вы так любезны, - улыбнулся Майор. - Мы могли бы и на лестнице подождать.

Фидель принял это за милую шутку, рассмеялся, двое друзей присоединились к нему, и хор замер на увеличенном трезвучии.

- Проходите в гостиную, - пригласил Фидель.

Они так и сделали. Стены гостиной были оклеены красивыми обоями: зеленые апельсины на лиловато-фиолетовом фоне. Небольшой бар, тахта, столик, кожаные кресла.

- Хотите виноградного соку? - предложил Фидель.

- Только перебродившего и выдержанного, - уточнил Майор. - Его еще иногда называют коньяком, а иногда арманьяком, смотря в какой местности он производится.

- Вы много путешествовали, - заметил Фидель с восхищением.

- Я... - сказал Майор.

Друзья, со стаканами в руках, расположились на тахте, а Майор утопал в мягком кресле.

- ...видел океаны и моря, Новый Свет и Старый, сперва Новый, из любви к новшеству. Старый - позднее, как полагается. Я обрыскал земной шар, обшаривая карманы своих ближних, и прожигал жизнь, вскрывал несгораемые шкафы, на улицах сорил золотом, то бишь окурками сигарет с золотым ободком, носил пальто производства Рубе и каждый день предвкушал новые чудеса.

- А кладбища вы видели? - спросил Фидель.

- Я их даже заполнял! - холодно сказал Майор. - Я мог бы рассказать вам о красных могилах на Подветренных островах. Красные они потому, что вырыты в глинистой почве. Туземцы заворачивают своих мертвецов в саваны из листьев пандана и хоронят вечером, на восходе луны. Женщины с обнаженной грудью поют песнь предков: